63 >

   Экстремисты устроились весьма удобно,  если  хаотическое  нагромождение
транзисторов, магнитофонов, книг, алкогольных напитков прямо на  полу,  на
синем искусственном половике в просторном холле,  можно  считать  удобным.
Вообще эти супруги так и живут на половике: принимают гостей на  половике,
предлагая им подушки для удобства, пьют  виски  и  слушают  поп-музыку  на
половике, спят, по всей видимости, тоже на половике,  как  бы  говоря  тем
самым, что плевать они хотели на иерархическую  лестницу  -  им,  дескать,
больше по сердцу скромный быт социальных низов.
   Однако  никаких  других  примет,  доказывающих  связь  наших  хозяев  с
эксплуатируемыми классами, мне обнаружить не удается,  о  чем  я  позволяю
себе сказать открыто, когда знакомый репертуар о перманентной революции  и
об аскетической бедности во имя абсолютного безличия и  полного  равенства
мне изрядно надоел.
   - А что вам мешает? - спрашиваю. - Выбросьте все из квартиры, вместе  с
этим синтетическим половиком, напяльте на себя три метра зеленой  холстины
и живите прямо на полу. Или еще лучше:  выдворите  сами  себя  из  дому  и
шагайте по дорогам перманентной революции.
   Я говорю это супруге, точнее,  предполагаемой  супруге,  потому  что  у
обоих этих субъектов длинные соломенные патлы, хилые плоские фигуры и  оба
они в джинсах с декоративными заплатами.
   Супруга отвечает, что я слишком вульгарно понимаю их воззрения и что  в
социальном равенстве они видят прежде всего высший абстрактный принцип,  а
не вульгарную житейскую практику.
   После этого супруг - или предполагаемый супруг - снова подливает виски,
доказывая этим, что идейная конфронтация его  не  трогает,  и  принимается
развивать  очередную  теорию,  оправдывающую  террор  как   высшую   форму
революционного насилия.
   - Я торгую преимущественно маслинами и  брынзой,  -  говорю  я,  улучив
момент, - но у меня в коммерческом мире обширные связи, и  мне  ничего  не
стоит снабдить каждого из вас парой пистолетов любой марки и ящиком ручных
гранат. Так что если будет нужда в экипировке, дайте мне знать.
   Тут  супруга  опять  торопится  возразить  в  том  духе,   что   теория
революционного действия - это одно, а  практика  -  совсем  другое  и  что
разделение умственного  и  физического  труда,  которое  произошло  еще  в
рабовладельческом обществе,  узаконило  достойный  уважения  обычай:  одни
вырабатывают принципы, а другие применяют их на практике.
   - Я никак не ожидала, Пьер, что вы способны вести  себя  так  грубо,  -

Следующая

63 >