60 >

срабатывает инстинкт, а вы действуете строго по расчету. "Сложность" вашей
натуры покоится на чистом расчете. И потому вы так ее афишируете. Все  эти
маски,  позы  и  перевоплощения  диктует  вам  довольно  нехитрое  счетное
устройство, заменяющее вам мозг и сердце.
   Безучастное  выражение,  до  последней  минуты  владевшее   ее   лицом,
постепенно сменилось оживлением. Да таким, что я бы нисколько не удивился,
если бы она протянула руку к столику и шарахнула  хрустальной  пепельницей
меня по голове. Но как я уже говорил, когда Розмари приходит в  бешенство,
буйство для нее не характерно. Какое-то  время  она  сидит  молча,  вперив
взгляд  в  свои  обтянутые  нейлоном  колени,  потом  поднимает  голову  и
произносит:
   - Того, что вы мне сейчас наговорили, я вам никогда не прощу.
   - Я всего  лишь  повторяю  вашу  собственную  теорию  об  эгоистической
природе человека.
   - Нет, того, что вы сейчас  наговорили,  я  вам  никогда  не  прощу,  -
повторяет Розмари.
   - Что именно вы не склонны мне простить?
   - То, что вы сказали относительно сердца.
   - О, если только это...
   Чтобы живописная картина больше не маячила  у  меня  перед  глазами,  я
встаю  и  закуриваю  сигарету.  Затем  делаю  несколько  шагов  к  окну  и
всматриваюсь в голубизну ночи, а тем  временем  звонкая  капель  методично
повторяет все ту же радиограмму о наступлении весны.
   - Возможно, я выразилась слишком упрощенно, но, если я говорю, что люди
эгоисты, это вовсе не означает, что все они  на  одно  лицо,  -  слышу  за
спиной спокойный голос Розмари. - И если у  одного  человека,  вроде  вас,
грудь битком набита накладными да  счетами,  не  исключено,  что  в  груди
другого бьется живое сердце.
   - Вы тонете в противоречиях.
   - Противоречия в природе человека,  -  все  так  же  спокойно  отвечает
Розмари. - Пусть это покажется абсурдным, но есть люди, у  которых  эгоизм
не вытеснил чувства. И как это ни странно, я тоже принадлежу к числу таких
людей, Пьер.
   Она встает, тоже, видимо, решив поразмяться, и  направляется  в  другой
конец холла.
   - Я верю вам, - говорю в ответ, чтобы немного успокоить ее. - Может,  я
хватил через край, когда коснулся последнего пункта.
   - Нет, вам просто хотелось меня уязвить. И если у меня  есть  основание
расстраиваться, то только из-за того, что вам это удалось.
   - Вы мне льстите.
   -  Я  действительно  привязалась  к  вам,  Пьер,   -   продолжает   моя
квартирантка и делает еще несколько шагов по комнате. - Привязалась просто

Следующая

60 >