52 >

досады совать голову в петлю.
   К моменту моего выхода на площадь кафедрального  собора  военный  совет
окончен и принимается решение идти на риск.  Нырнув  в  маленькое  кафе  в
конце главной улицы, я дожидаюсь, когда из-за угла появится борец,  и  иду
следом, держась на некотором расстоянии. В конце концов,  что  особенного,
что я шагаю себе в тридцати метрах позади какого-то  там  гражданина,  чье
существование меня нисколько не занимает, да еще в этом небольшом  городе,
где все находится в двух шагах от главной улицы.
   Незнакомец идет в приличном темпе - сразу видно, знает,  куда  идет,  и
ценит каждую минуту. Как выясняется, цель его - городской вокзал,  точнее,
поезд Берн - Базель - Мюнхен. До отхода поезда остается восемь минут -  их
хватает мне, чтобы сбегать к кассе и запастись билетом. Билетом до Базеля.
Хотя не исключено, что придется продолжить путь до Мюнхена.
   Медленно шествуя по перрону, я вижу:  борец  садится  в  вагон  второго
класса. Вхожу в тот же вагон. Выбираю местечко подальше, чтобы не мозолить
ему глаза, но и достаточно близко, чтобы вести за ним наблюдение. Вынув из
кармана  газету,  я  по  примеру  своих  соседей  погружаюсь  в   изучение
обстановки на бирже.
   Езда до Базеля длится около часа. За это время я всего лишь четыре раза
бросил взгляд на борца, пользуясь  тем,  что  его  тоже  увлекли  биржевые
страсти. Человеку, видимо, и в голову не приходит, что за ним следят, а я,
в свою очередь, не собираюсь убеждать его в обратном -  нескольких  беглых
взглядов  вполне  достаточно,  чтобы   получить   необходимую   зрительную
информацию, если, конечно, у тебя наметан глаз.
   Незнакомцу лет пятьдесят - шестьдесят, но признаков дряхлости  пока  не
видно. Сейчас, когда он снял серую шляпу с узкими полями,  я  могу  видеть
его большую голову, словно увенчанную лоснящимся куполом  бритого  темени.
Похоже, он его выбривает столь же регулярно,  как  и  свои  толстые  щеки.
Встречаются мужчины, которые из боязни облысеть всю жизнь бреют голову.
   Когда он отрывает глаза от  газеты,  я  вижу  их  слегка  прищуренными,
словно он глядит на что-то ослепительное или весьма неприятное.  Зато  его
чувственные ноздри кажутся не в меру открытыми, будто он воспринимает  мир
не столько зрением, сколько обонянием. В его массивной морде со свисающими
сжатыми губами есть что-то бульдожье.
   За полминуты до остановки поезда в Базеле незнакомец бросает газету  на
сиденье, встает, снимает с вешалки легкое пальто и шляпу и устремляется  к

Следующая

52 >