41 >

   - Ральф тоже не кажется чрезмерно экспансивным.
   - В тихом омуте черти водятся, - говорит в ответ Розмари.
   И удаляется в свою спальню.
   Воскресный день проходит в молчании - каждый сидит у себя в комнате,  и
лишь к обеду мы собираемся вместе, чтобы покончить с  обильными  остатками
"холодного  буфета".  Спустившись  под  вечер  в  холл,  я   застаю   свою
квартирантку возлежащей на диване  с  какой-то  книгой,  в  которой  много
иллюстраций  -  если  судить  по  крупным   цветным   пятнам,   заменяющим
изображения, это, должно быть, репродукции полотен импрессионистов.
   - Кончилось "Черное досье", - предупреждает Розмари. - Последний эпизод
прокрутили вчера вечером как раз в тот момент, когда  Флора  вытрясала  из
вас последние франки.
   - Выходит, одно напряжение я заменил другим,  -  философски  замечаю  в
ответ. И, вытянувшись по привычке в кресле перед выключенным  телевизором,
добавляю: - Но вы, похоже, привыкаете  к  здешней  летаргии.  Лежите  весь
день, разглядываете картинки...
   - Не разглядываю картинки, а занимаюсь самообразованием,  -  поправляет
меня Розмари. - Неужели вы не видите разницы между человеком,  принимающим
пищу, и другим, жующим жвачку? Здешние жители не едят, а жуют  жвачку,  не
используют время, а убивают его.
   Мысль о времени переносит ее взгляд к окну, за которым в сумраке кружат
голубоватые хлопья первого снега.
   - Какая погода! И как назло завтра утром мне  ехать  в  Женеву.  И  как
назло у моей машины забарахлил мотор.
   - А что за необходимость ехать в Женеву именно завтра?
   - Вызывает отец.
   - Поезжайте поездом...
   - А я надеялась услышать: "Я вас отвезу".
   - Дорогая Розмари, может быть,  неосторожно  с  моей  стороны  подобным
образом выказывать вам свою слабость, но для  вас  я  готов  даже  на  эту
жертву.
   - Браво, Пьер, вы делаете успехи! - взбодрилась она - Я хочу сказать: в
лицемерии.
   - Какая неблагодарность!
   - Держу пари, что и у вас какие-то дела в Женеве.
   От этой женщины ничего не скроешь. Кроме характера дел. Который, честно
говоря, пока не совсем ясен мне самому.
   К утру от снега не осталось ничего, только не  совсем  просох  асфальт.
Так что мы отправились в дорогу в моем "вольво" и к одиннадцати уже были в
Женеве.
   - Где прикажете вас оставить? - спрашиваю, пока мы медленно  спускаемся
с рю Монблан к озеру.
   -  В  "Ротонде",  пожалуйста.  Я  должна  там   встретиться   с   одной
приятельницей.
   Выполняю приказание,  затем  сворачиваю  вправо  и  паркуюсь  в  первом

Следующая

41 >