18 >

тобой устанавливают наблюдение, наводят справки. Поэтому  долгое  время  я
вообще воздерживаюсь  от  всяких  действий,  способных  вызывать  малейшее
подозрение. Веду такой образ жизни, чтобы  окружающие  свыклись  со  мной,
пускай  считают  меня  человеком  скучным  и  видят  во   мне   совершенно
безобидного соседа.
   Вопреки этим неудобствам близкое соседство с Горановым дает  мне  такие
преимущества, каких не  может  обеспечить  квартира  рантье,  хотя  она  и
богаче. Между моим жилищем и виллой Горанова не более двадцати  метров,  а
ограда, разделяющая нас, слишком низка, чтобы служить препятствием. Имей я
соответствующую аппаратуру,  я  бы  мог  запросто  следить  за  всем,  что
происходит напротив. Только в моем положении хранить такую аппаратуру было
бы непростительной глупостью. Надо быть слишком большим оптимистом,  чтобы
полагать, что мой замок не будет посещаться и  тщательно  осматриваться  в
мое отсутствие.
   Однако я вовсе не  собираюсь  утверждать,  что  действую  исключительно
голыми руками и не использую никакой техники. С нашей профессией и в  нашу
эпоху бурного прогресса это означало бы примерно то же, что отправиться на
охоту на слонов с рогаткой в руках. То ли по наивности, то ли из лицемерия
некоторое время  назад  тысячи  людей  подняли  шум  до  небес  по  поводу
какого-то там Уотергейта, как будто они  впервые  узнали,  что  существует
практика  подслушивания.  Мне  не  позволено   проявлять   наивность   или
чрезмерную щепетильность. Я не вправе обижаться, выражать свое возмущение,
а главное - совершить провал.
   Так что кое-какая техника у меня все же имеется. С  виду  она,  правда,
весьма безобидна, и таскаю я ее в карманах: фотоаппарат в виде  зажигалки,
рация с небольшим радиусом действия покоится в авторучке, а моя  подзорная
труба вместилась в колпачок второй авторучки (ничего, что вид у нее  такой
неказистый, она  сильнее  любого  бинокля),  микроскопический  прибор  для
исследования  секретных  замков,  несколько  крохотных   ампулок   разного
назначения -  и  только.  Все  это  невесомо,  не  занимает  места  и  при
необходимости одним махом может быть незаметно выброшено.
   Было бы ошибочно полагать, что здесь я  только  тем  и  занимаюсь,  что
караулю за шторами спальни, всматриваюсь в окна  Горанова,  хотя  и  такое
занятие мне не чуждо. Еще более неуместно думать, что  я  вечно  дремлю  в
своем уютном холле или день и ночь сгребаю осеннюю листву в саду. Легенда,
в которую я облечен, - это легенда  о  трудовом  человеке,  и  она  должна

Следующая

18 >