1 >

   Вид поистине грандиозный: с четырех сторон долины  крутыми  диагоналями
устремляются в небо  снежные  вершины,  а  между  ними  медленно  течет  и
стелется серая мгла, словно неторопливые смутные мысли горного исполина. В
самом низу, в этом хаосе скалистых круч, приютился город.
   И будь у нас желание сделать тот единственный шаг, что отделяет великое
от смешного, нам бы следовало добавить,  что  в  центре  этого  небольшого
города,  на  совсем  маленькой  улочке,  в  маленьком  кафе  приютился  за
маленьким столиком близ витрины некий человечек средних лет, пылинка средь
необъятности этого альпийского пейзажа, - ваш покорный слуга Эмиль Боев.
   Впрочем, в данный момент по соображениям гигиены я лучше буду именовать
себя Пьером Лораном. Всего час назад под этим именем я перешел  границу  у
Симплона. Под этим именем я намерен следовать дальше  по  этой  живописной
стране, которая не знает войн, зато отлично знает  секреты  международного
туризма и издавна славится обилием горных цепей, часовых заводов и шпионов
всевозможных национальностей.
   Я заканчиваю обед, распределяя внимание между пирогом  с  абрикосами  и
стоящим у противоположного  тротуара  черным  "вольво".  В  новом,  весьма
стандартном "вольво", которое, отметим для ясности, принадлежит  мне,  нет
ничего примечательного. Тем не менее, лениво поглощая десерт, я то и  дело
поглядываю на него,  потому  что  теоретически  вовсе  не  исключено,  что
какой-нибудь прохожий, нагнувшись якобы для того,  чтобы  завязать  шнурок
ботинка,  уже  сейчас  присобачит  к  днищу   миниатюрное   подслушивающее
устройство, просто так, чтобы посмотреть, что получится. Сомнений быть  не
может: в ближайшие дни или недели это неизбежно, но нельзя  же  допустить,
чтоб оно сопровождало  меня  с  самого  начала.  К  тому  же  сегодня  мне
предстоит серьезный разговор.
   К моему столику приближается хозяйка  заведения,  уже  немолодая  дама,
которая, судя по всему, неустанно заботится о своей внешности.
   - Вам нравится обед?
   После того как я оставил позади две тысячи километров и выкурил  двести
сигарет, мне трудно оценить здешнюю кухню, однако я говорю:
   - Благодарю вас, все прекрасно.
   Дама удаляется с довольным видом, а я дивлюсь этой  аномалии  -  добрым
старым, традициям, которые все еще бытуют в этой  стране.  Здесь  пока  не
следуют новаторскому примеру Парижа, где никого не  интересует,  что  тебе
нравится, а что - нет, куда бы ни пришел, ты прождешь битых полчаса,  пока

Следующая

1 >