Богумил Райнов. Умирать - в крайнем случае - 5
84 >
В нашем деле без письменной работы нельзя. И я сажусь и пишу, пока не
отнимается рука, потом собираю исписанные страницы и кладу в большой
конверт.
- Ну и как, по-твоему, - интересуется Борислав, принимая пакет, - там
одна контрабанда или что-нибудь еще?
- Откуда я знаю! Пока налицо контрабанда, но не исключено, что
выплывет и другое.
- Но что именно?
- Откуда я знаю!
Небо за окном начинает светлеть. Значит, я и правда много написал или
же отвык от письменной работы и долго возился.
- Ну, всего, - говорю я. - Боюсь, что теперь увидимся не скоро.
- Главное - увидеться, а скоро или нет... Ты смотри, будь
осторожнее...
Он хочет добавить какой-то совет, но, видно, спохватывается, что это
будет лишнее, как и предупреждение об осторожности, и только обещает:
- Завтра утром твой доклад будет на столе у генерала.
Линда спит непробудным сном, свернувшись в клубок от холода; укрыться
она не может, потому что легла прямо на одеяло.
"Надо бы оставить тебя продрожать всю ночь", - думаю я. Но, будучи
человеком отзывчивым, снимаю с нее туфли, расстегиваю молнию, стягиваю
юбку, не без труда вытаскиваю из-под Линды одеяло и укрываю ее до
подбородка.
Мне кажется, что я закрыл глаза только на минутку, но когда я их
открываю, в окно льется яркий солнечный свет, соседняя кровать пуста, а из
ванной слышен плеск воды. Не вставая, я протягиваю руку к телефону и
сонным голосом заказываю завтрак в номер.
Завтрак появляется почти одновременно с Линдой, нельзя не признать,
что Линда выглядит гораздо аппетитнее. Но я не собираюсь сообщать ей об
этом. Кроме того, она первая начинает разговор.
- Кто вам разрешил раздевать меня? - интересуется ледяным голосом моя
супруга, располагаясь на диване и кутаясь в махровый халат.
- Раздевать? Вас? Я? Может, вы обвините меня еще в чем-нибудь?
- Вчера я легла одетой, - настаивает на своем Линда. - Мне так
хотелось спать, что я легла не раздеваясь.
- Кажется, я нарвался на мифоманку, - бормочу я. - Или же вы
разделись во сне, не сознавая, что делаете.
Она умолкает, понимая, что спорить так же бесполезно, как и
надеяться, что я налью ей кофе, берет кофейник, чашку и принимается за
завтрак.
Через полчаса мы спускаемся в холл гостиницы, и я замечаю:
- Сегодня я должен отправить открытки.
- Вы могли бы сделать это еще вчера, - сухо замечает Линда, - вместо
