73 >

Риджент-стрит и Оксфорд-стрит, после  Трафальгарской  площади  и  ансамбля
Букингемского дворца этот город покажется вам тесным, мрачным и душным. Но
если вы до этого целые недели провели в сыром желобе Дрейк-стрит,  вам  не
до придирок. У меня, например, такое чувство, что я много часов  провел  в
засевшем между этажами лифте и теперь наконец могу всей  грудью  вздохнуть
на лестничной клетке.
     И я пользуюсь свободой, чтобы потягивать кофе то в одном, то в другом
баре, стоя на углу, рассматривать толпу, разглядывать витрины  или  читать
небольшие объявления, вывешенные дамами, которые предлагают свои услуги  в
качестве натурщиц, или джентльменами, нуждающимися в таковых.
     Иногда, особенно под вечер, потому что самое тягостное  время  дня  -
это вечер, я иду на Пикадилли поглазеть на другую жизнь и другой мир, вход
куда мне заказан; полюбоваться игрой  новых  реклам  на  фасадах,  которая
начинается еще днем. Названия напитков и жвачек  вспыхивают  и  гаснут,  и
вспыхивают снова, синие,  красные,  зеленые,  золотистые  знаки  неутомимо
настойчиво бегут по фасадам, доказывая, что в прозаичном ремесле  торговли
есть и поэтическая сторона.
     А по тротуарам  движется  лондонская  толпа,  люди  идут  группами  и
парами, направляясь в театры, кино и рестораны. Изредка попадаются в толпе
одиночки вроде меня. Все-таки утешение: я не один такой.
     Посреди площади над потемневшей бронзой фонтана  возвышается  статуя.
Каждый день тысячи людей проходят по Пикадилли, не замечая этой  статуи  и
даже не зная о ее существовании, - они спешат, им не до скульптуры. Но мне
спешить некуда, и потому я сумел  обнаружить  статую,  что  было  нелегко:
фигурка небольшая и совсем теряется среди высоких зданий,  в  многоцветном
пожаре неона и потоках машин, среди которых упрямо прокладывают себе  путь
красные лондонские автобусы в два этажа.
     Это не адмирал Нельсон - он стоит на  Трафальгарской  площади.  И  не
королева Анна - она  в  Вестминстере.  Это  небольшое  изваяние  античного
Эроса, неожиданный и милый каприз чудовищного города, выросшего на  войнах
и грабежах. Небольшое изваяние, как  и  подобает  мелкому  капризу.  Легко
догадаться, что малютка Эрос, стоящий на одной ноге и целящийся из лука  в
поток машин, вряд ли сумеет поразить кого-нибудь своей стрелой. И от этого
он кажется еще трогательнее.
     Раз уж речь зашла о  святом  чувстве  любви,  должен  упомянуть,  что
однажды во время своих скитаний я встретил Линду. Дрейку  ужасно  хочется,

Следующая

73 >