62 >

     Конец номера ознаменован аплодисментами правда, довольно вялыми, если
учесть, сколько пота бедняжка пролила на дансинге.
     - Извините, дорогой, мне кажется, эта мулатка слишком  вульгарна  для
заведения такого ранга, - замечает Бренда,  протягивая  длинную  ухоженную
руку к бокалу шампанского. Дама пьет шампанское,  в  то  время  как  мы  с
Дрейком - люди непритязательные - прихлебываем виски.
     - Верно, - кивает рыжий; уголек его носа уже  сильно  воспламенен.  -
Особенно если учесть, что здесь, на этой самой  сцене,  вы  начинали  свою
блестящую карьеру.
     - Не стоит напоминать мне об этом, -  сухо  замечает  дама.  -  Я  не
забыла. Но таких вульгарных номеров у меня не было.
     - Экзотика всегда вульгарна, - бурчит  Дрейк.  -  Примитив,  атавизм,
грубые страсти... Без вульгарности нет экзотики.
     - В таком случае замените ее кем-нибудь другим, мой друг.
     - Я бы заменил, но что делать, если вы больше не желаете  раздеваться
публично, - дружелюбно отзывается Дрейк.
     - Я разделась бы сию секунду,  если  бы  это  могло  вывести  вас  из
равновесия, - говорит Бренда. - Но вас, к сожалению, невозможно разозлить.
     Дрейк поднимает брови, изображая удивление.
     - Почему же? Питеру это почти удалось только что. Еще  немного,  и  я
познакомил бы его с Марком.
     Я не знаю, кто этот Марк, но догадываюсь, что речь идет о  том  самом
чрезвычайном и полномочном посланце смерти, о  котором  шеф  уже  упоминал
однажды. Но Дрейку явно не до  погребальных  историй;  настроение  у  него
поднялось после победного завершения переговоров и дозы горючего.
     - Ну как, дорогой? Неужели вас не интересует  стриптиз  в  исполнении
мисс Бренды? - обращается он ко мне.
     - Мало вам того, что вы меня сегодня побили по всем статьям;  вы  еще
хотите вовлечь меня в свои семейные недоразумения, - апатично отзываюсь я.
     - Побил вас? Неблагодарный! Вы выжали из меня  столько,  сколько  еще
никому не удавалось выжать из старины Дрейка.
     Шеф готов сказать еще кое-что по поводу моих успехов, но тут  оркестр
снова  вступает  в  действие,  и  на  сцене  появляется  новая   солистка,
сочетающая в себе  женщину  и  змею.  Гибкая  самка  в  золотистом  платье
покачивается  в  свете  прожектора,  на  сей  раз  красном.  Сначала   она
покачивается и извивается просто так, бесцельно, будто для разминки, давая
зрителям возможность оценить пропорции ее тела;  потом  начинает  медленно
расстегивать молнию  на  своем  одеянии.  Молния  находится  спереди,  она

Следующая

62 >