57 >

большее, зовите ваших горилл. Мне нечего больше сказать.
     - Я не разрешил вам идти, Питер, - бурчит шеф.
     - Я просто не хочу отнимать у вас время зря. Разговор окончен. Зовите
ваших подручных.
     - На этот раз вас ждут не подручные, Питер! На этот раз вас ждет  наш
общий друг, чрезвычайный и полномочный посол смерти. Вообще же  я  склонен
проявить милосердие, которого вы не заслуживаете, и пошлю вас на тот  свет
без проволочек.
     Если Дрейк ожидал услышать слова горячей благодарности, то он ошибся,
я просто киваю и иду к двери. Если  этот  тип  и  на  этот  раз  выдержит,
значит, нервы у него стальные.
     Он выдерживает. Только чуть громче обычного рычит:
     - Идите сюда, Питер! И не злоупотребляйте моим терпением!
     - Мне нет смысла возвращаться из-за горсти медяков, сэр, - говорю  я,
но все же останавливаюсь посреди кабинета. -  Я  свою  жизнь  превратил  в
азартную игру и спокойно могу ее проиграть, но не буду ни вашим швейцаром,
на вашим слугой, ни вашей половой тряпкой. Понятно?
     - Слушайте, ослиная вы голова! Предлагать вам что бы то ни  было  или
не предлагать - это позвольте решать мне. И вопрос  о  том,  ликвидировать
вас или нет, тоже буду решать я. Но сначала я должен  вас  выслушать.  Так
что садитесь и говорите, а потом увидим.
     Я колеблюсь, но в эту минуту ловлю знак, который делает  мне  Бренда;
чуть заметное движение ресниц говорит мне: "Садитесь", - она дает  понять,
что я довел Дрейка до крайних пределов терпения. Что ж,  ей  лучше  знать,
она  достаточно  близко  знакома  с  этим  самым  Дрейком,  и  мне   лучше
послушаться ее. Я возвращаюсь на  место  и  снова  погружаюсь  в  шелковое
кресло.
     - Если я ставлю вопрос о вознаграждении, сэр, то не из нахальства,  а
из элементарного чувства  справедливости.  План,  который  я  мог  бы  вам
предложить, - не дурацкие  фантазии,  а  реальная  возможность  заработать
миллионы. И если дело дойдет до его выполнения, я готов все взять  в  свои
руки и провести операцию до мельчайших подробностей.  А  это  значит,  что
меня ждет известный риск. Ведь обеспечить  умелое  проведение  операции  -
значит рисковать собственной шкурой.
     - Довольно хвастать. Говорите по существу.
     - Сначала говорите вы.
     - Наоборот, друг мой, наоборот!
     Я молчу, бессмысленно обводя комнату взглядом,  и  мне  кажется,  что
металлическая дама снова делает мне знак ресницами.
     - Хорошо, - уступаю я. - Будь по-вашему. В конце концов, то,  что  вы

Следующая

57 >