3 >

что иное, как:
     - Откройте! Полиция!
     Однако Борислав подозревает, что эти господа  не  имеют  отношения  к
полиции. Чтобы рассеять всякие сомнения на этот счет, я звоню в участок, и
спустя пять  минут  дежурный  патруль  в  темно-синих  мундирах  и  касках
выскакивает из служебной машины  у  дверей  гостиницы.  Почуяв,  что  дело
плохо, незваные гости поспешно  ретируются  через  черный  ход.  На  месте
происшествия остаются Борислав и хозяин гостиницы,  который,  конечно  же,
ничего не видел и не слышал, ибо только что свалился с неба.
     Короткий опрос, проверка паспорта, "вы свободны".  Свободен  в  каком
смысле и до каких пор? Чтобы не мучиться над этим вопросом,  Борислав  тут
же, в присутствии полиции, платит по счету, берет первое попавшееся  такси
и исчезает в неизвестном направлении.
     Неизвестном для лондонской полиции и для тех, кто, наверное, караулит
за углом, но не для меня. Я тоже расплачиваюсь и тоже беру такси:
     - Виктория стэйшен!
     Таков наш уговор: в случае аварии не тратить времени на  авиакомпании
и аэродромы, а садиться в первый же поезд, идущий в Дувр.
     Вокзал Виктории в этот час весьма оживлен и  столь  щедро  гарнирован
синими мундирами, что нового нападения можно не  опасаться.  Борислав  уже
устроился в купе поезда, поданного для посадки. Я выбираю место в  том  же
вагоне, но подальше. Интерьер тихий и мирный, даже  с  оттенком  семейного
уюта; этот оттенок ему придают детские голоса за стенкой. Пейзаж за окном,
насколько я могу судить, тоже не будит беспокойства: группки провожающих и
два носильщика с тележками у спального вагона.
     Кондуктор проходит по  перрону,  захлопывая  двери  одну  за  другой.
Раздается предупреждающий звонок. Поезд медленно трогается.
     "Пронесло!" - думаю я.
     И в ту же минуту  вижу,  что  в  глубине  вагона  -  там,  где  сидит
Борислав, - появляется щуплый господин в  черном  плаще.  Он  лениво  жует
жвачку. В правой руке у него темнеет  специфического  вида  предмет,  дуло
которого предусмотрительно наращено за счет глушителя. Я бросаюсь к  нему,
даже не подумав, что можно  предпринять  голыми  руками,  но  приглушенный
треск оповещает, что выстрел сделан.
     Человек исчезает за дверью, ведущей в соседний вагон. Борислав застыл
на месте, прижав к груди небольшой чемодан. Чемодан пробит,  но  друг  мой
жив и невредим.
     - Чемодан выручил, - говорит он, переводя дух. - Только я  его  снял,
чтобы достать сигареты... И только приготовился швырнуть в  этого  типа...

Следующая

3 >