14 >

издалека голос, нуждающийся в хорошей смазке.
     - Кейт... я хочу спать... - пытаюсь переменить тему я.
     - Я так и знала, что вы с извращениями, - с укором  говорит  Кейт.  -
Пока я раздевалась, глазели, а теперь - "хочу спать"...
     Да, я хочу спать. Но уснуть мне не удается. При ее последних словах в
дверь, почему-то не запертую на ключ, врывается пара дюжих молодчиков.
     - А, стерва, - кричит один. - Погляди, Том! Погляди-ка, что вытворяет
эта дрянь! Смотри, Том, и хорошенько запоминай!
     Хорошо, что дремота не успела одолеть меня. Я вскакиваю,  но  тут  же
снова падаю на кровать, наткнувшись на кулак разъяренного незнакомца.
     - Не трогай его, Питер, - несмело протестует Кейт. - Между  нами  нет
ничего такого, чтобы...
     Слова моей полуголой защитницы,  застывшей  посреди  комнаты,  звучат
неубедительно, да никто и не слушает ее. Питер нагибается к кровати, и мне
удается лягнуть его прямо в лицо.  Он  машинально  хватается  за  разбитые
губы, а я в это время бью другой ногой его в живот. Легкое  замешательство
в лагере противника позволяет мне вскочить с негостеприимной кровати.
     Вскакиваю.  И  налетаю  на  кулак  Тома.  Массивный  кулак,   который
отбрасывает меня к стене, где стоит стул. В следующую минуту стул ломается
о голову Тома - увы, столь же твердую, как и его кулак. Том  шатается,  но
не падает. Падаю я,  от  соприкосновения  моего  темени  с  неким  твердым
предметом - Питер снова вступил в строй.
     Воздержусь от дальнейших  подробностей,  чтобы  не  разжигать  низкие
страсти. Я несколько раз пытаюсь подняться с пола, но безуспешно: куда  ни
повернуть, меня ждет пинок. Кажется, последний из них был самым сильным и,
наверное, угодил мне прямо в голову.  Наверное.  Точно  сказать  не  могу,
потому что теряю сознание.
     Понятия не имею, сколько времени прошло и что было со мной перед тем,
как я пришел в себя. Мысль первая: если эта дикая боль - жизнь, то жить не
стоит. Боль неравномерно распределяется по всему телу, но львиная доля  ее
приходится на голову.
     Мысль вторая: в комнате что-то очень холодно и здорово дует. Проходит
немало времени, прежде чем я открываю глаза и вижу, что лежу на  тротуаре,
на неосвещенном участке улицы. Строго говоря, открываю я не глаза, а  глаз
- на большее я в эту минуту не способен.
     Мысль третья, самая неприятная (неприятности покрупнее  жизнь  всегда
преподносит в конце, на десерт): когда  я,  подавляя  страшную  боль  и  с
трудом стискивая зубы  окровавленного  рта,  привожу  в  движение  руки  и

Следующая

14 >