76 >

у меня появилось чувство антипатии к этому человеку с первого  взгляда,  -
факт; антипатии совершенно беспричинной, ибо я с этим человеком вообще  не
был знаком, и, даже когда мы с ним кое-как познакомились, я ничего дурного
о нем сказать не мог. Я лишь убедился, что мы разные люди.
     Так что мы с Маргаритой все же пошли в гости, и хозяин  действительно
принял нас очень мило и сам  все  время  держался  очень  мило,  до  такой
степени мило, что людей вроде меня, не любящих слишком сладкого, могло  бы
стошнить.
     - Вот здесь вы можете вытереть ноги, - сказал Тодоров,  вводя  нас  в
прихожую, но и это было сказано настолько мило, что можно  было  подумать,
будто его заботит не то, что мы можем наследить в его апартаментах, а  то,
что наша обувь пострадает.
     После этого повели в гостиную. Гостиная, как и все прочие  помещения,
своим  внутренним  убранством  и  современными  удобствами  способна  была
вызвать восхищение. Польщенный  тем,  что  Маргарита  проявила  повышенный
интерес к обстановке, хозяин тут же пустился  в  славословие,  восторженно
расхваливая  небесно-голубую  драпировку,   самую   наимоднейшую   мебель,
телевизор, радиолу, магнитофон, комбинацию  "библиотека-бар  плюс  витрина
для сувениров" и прочее  и  прочее.  Объяснения  подкреплялись  наглядными
примерами. Это дало мне возможность спокойно посидеть на диване у  окна  и
выкурить сигарету. Вполне спокойно - хотя восторженные возгласы  Маргариты
предназначались главным образом мне.
     Недовольная моим равнодушием, Маргарита решила во что бы то ни  стало
и меня вовлечь в поток восторгов.
     - Ты только посмотри, Эмиль, какое изумительное венецианское  стекло!
А ты так часто  ездишь  за  границу  и  никогда  ничего  не  привезешь!  -
обратилась   она   ко   мне   во   время   осмотра   упомянутого   гибрида
"библиотека-бар-витрина".
     - Вы из министерства иностранных дел? - удивился Тодоров.
     - Нет, - ответил я.
     И так как Маргарита вдруг замолчала, он сразу догадался, из какого  я
министерства.  Затем  мы  снова  вернулись  к  пьеске  "Волшебный  замок",
действие которой перенеслось уже в спальню, а там в кухню и  даже  ванную.
Конечно, без моего участия.
     Маргарита была не настолько легкомысленной, чтобы умиляться при  виде
какого-то холодильника. И если все же делала вид, что восхищена всем этим,
то лишь для того, чтобы досадить мне: "Погляди, мол, как люди живут!"  Вот
что означал весь этот спектакль. В последнее время Маргарита  не  упускала

Следующая

76 >