Богумил Райнов. Большая скука - 4
51 >
Работа симпозиума шла обычным порядком. Научные сообщения и
высказывания по докладам были написаны еще до того, как были сделаны
доклады. В перерывах в зале фотографируются. Снимают на память в кулуарах,
за чашкой кофе.
- Кофе ничем не лучше докладов, - замечает Сеймур на третий день
утром, столкнувшись со мной в толпе возле бара. - Вам не хочется выпить
чего-нибудь?
- Если это будет опять-таки кофе, не вижу смысла далеко ходить.
- Смотрите, - пожимает плечами Сеймур. - Главное - выбраться на
свежий воздух.
У этого человека свежий воздух - пунктик своего рода, он без конца
жалуется на то, что ему нечем дышать, ничуть не подозревая, что причиной
этому может быть дымящаяся у него во рту сигарета.
Мы садимся в элегантный черный "плимут" и едем в неизвестном
направлении.
- Вчера вы ушли в самый разгар игры, - тихо говорит мой спутник,
зорко следя за дорогой.
Он ведет машину по оживленным улицам уверенно, красиво, а вот
трогается с места и останавливается слишком резко.
- Мне хотелось, чтобы дама отыгралась, - говорю я, как бы
оправдываясь.
- Истерия никогда не сможет превозмочь здравый рассудок, - возражает
Сеймур, все так же пристально глядя вперед. - Рулетка, как вам известно,
очень рациональная игра, построенная на вероятностях, и, что самое
главное, наибольшая вероятность заранее исключается для игрока.
- И все же у вас хватает неблагоразумия играть...
- Я играю не потому, что проявляю неблагоразумие, а потому, что
полагаюсь на свой добрый разум. Мне по душе трудные игры, Майкл.
Он впервые и как-то свободно и непроизвольно называет меня по имени.
Тут уже все зовут меня Майклом, будто хотят мне внушить, что я свой
человек.
Мы выезжаем на широкую Фредериксберг-аллее, и Сеймур, не прекращая
своих рассуждений, увеличивает скорость.
- Дороти следовало бы попытать счастья в покере. Притом в чисто
женской компании. Агрессивная истеричка, играючи с тремя другими, может
иметь некоторые шансы на успех...
Он умолкает, словно вспомнив о чем-то, и после непродолжительной
паузы говорит:
- Надеюсь, я вас этим не обидел?
- Чем же вы могли меня обидеть? Ваши слова относятся к Дороти, а не
ко мне.
- Но ведь Дороти ваша приятельница...
Дама в сером - теперь ее уже следовало бы называть дамой в розовом -
сегодня утром действительно держалась со мной весьма дружелюбно. На
