16 >

     - Все занято? - в шестой раз спрашивает шофер на  плохом  английском,
когда я, выйдя из отеля, приближаюсь к такси.
     - Все занято, - в шестой раз отвечаю я и сажусь в машину.
     Тронувшись с места, он вращает руль влево и  ждет  удобного  момента,
чтобы вклиниться в густой поток движущегося по бульвару транспорта.
     Из множества трудностей это единственная, которую я не  предусмотрел.
В этот город сейчас съехались со всего света не  только  социологи,  но  и
туристы, и нет ничего удивительного, что все отели переполнены.
     Проехав  метров  триста,  шофер  останавливает  машину  перед  отелем
"Регина". Но и тут нет свободных мест. Не везет мне и  в  "Астории",  и  в
"Минерве", и в "Канзасе", и в "Норланде", и во множестве  других  подобных
заведений.
     - Дальше будет то же самое, - предупреждает меня  шофер  после  того,
как мы обследовали из конца в конец длиннющую Бестреброгаде и  прилегающие
к ней улочки. - Может, вам попытать счастья в более дорогих?
     - Что ж, давайте искать более дорогие, - неохотно соглашаюсь я.
     Это означает тратить лишние деньги и,  что  еще  важнее,  действовать
вопреки здравому смыслу: скромные научные работники в  дорогих  отелях  не
останавливаются.
     Шофер разворачивает машину, и мы устремляемся  к  вершинам  комфорта.
Однако вершины комфорта тоже оказываются густонаселенными. И  после  того,
как  я  напрасно  исходил  вдоль  и  поперек  просторные  холлы  "Ройяля",
"Меркурия", "Англетера"  и  "Дании",  мы  останавливаемся  перед  скромным
фасадом с неоновой вывеской "Эксельсиор".
     - У нас есть  всего  одна  комната,  -  отвечает,  к  моему  великому
удивлению, человек  за  окошком.  -  Но  только  на  два  дня.  Больше  не
гарантируем.
     Через пять минут я уже нахожусь в столь  желанной  комнате  на  самом
верхнем этаже, окидываю взглядом обстановку и убеждаюсь, что она более или
менее соответствует высокой цене, бросаю на стул пиджак и распахиваю окно,
чтобы немного подышать вечерним датским воздухом.
     Уже девять часов, на улице почти светло, и в сером небе странно сияют
зеленые огни рекламы и позеленевшая  медь  куполов  и  крыш.  Похоже,  что
зелень - любимый цвет датчан. Дания - сплошь зеленая страна.  Такой  я  ее
видел из окна поезда: бескрайние равнины, покрытые буйной, сочной  травой,
изумрудные  деревья,   столпившиеся   вокруг   какой-нибудь   фермы   либо
выстроившиеся в  длинные  ряды,  их  треплют  мощные  порывы  холодного  и
влажного ветра. Зелень просочилась и сюда,  в  эти  лабиринты  из  красной

Следующая

16 >