Богумил Райнов. Большая скука - 1
11 >
деньги обычным путем, то есть у него не оказалось обещанных сведений, то в
эту гипотезу поверить легче. При более тщательном изучении вопроса
последний вариант кажется маловероятным. Эмигранту было бы проще
сфабриковать фальшивые данные, вместо того чтобы марать руки кровью.
Третье предположение. Проживающие в ФРГ эмигранты пронюхали, что
готовится необычная сделка, и решили сами принять в ней участие. Вариантов
подобного предположения значительно больше и поверить в них легче: а)
Соколов, прижатый к стенке своими коллегами, был вынужден устроить
Тодорову ловушку; б) Соколова и Тодорова выследили и схватили в момент
совершения сделки; возможно, они в Копенгагене либо еще где-то в Дании,
однако не исключено, что их переправили в ФРГ; в) Соколова убрали, а
Тодорова подвергли обработке, чтобы получить от него нужную информацию; г)
предав Тодорова, Соколов уцелел, а Тодоров ликвидирован; д) наконец,
ликвидированы и тот и другой.
Но даже если это в самом деле так, я обязан установить, что их в
действительности нет в живых, и актом засвидетельствовать их смерть. Иначе
говоря, я должен узнать, что именно произошло, прийти на помощь Тодорову,
если он еще в состоянии принять какую-то помощь, и по возможности наложить
руку на упомянутые сведения. Все расследование мне предстоит вести в
одиночку. Ни в коем случае я не имею права прибегать к чьей-либо помощи,
будь то дипломатическая миссия в Копенгагене, либо торговое
представительство, либо служащие "Балкан-туриста". Это написано черным по
белому в условиях задачи и для пущей ясности подчеркнуто двойной чертой.
Конечно, в связи с внезапным исчезновением нашего подданного, к тому
же отбывшего по служебным делам, было бы проще простого послать
официальный запрос соответствующему правительству. Просто, но совершенно
бесполезно. Судя по всему, датские власти не причастны к этому делу. Раз
им до сих пор ничего об этом не известно, то и расследование, которое они
предприняли бы, ничего не дало бы. Во всяком случае, трудно допустить,
чтобы полиция Копенгагена информировала нас о результатах сделки, не
имеющей ничего общего с официально существующими торговыми операциями.
Таким образом, расследование, которое полагалось бы вести полиции его
королевского величества, в данном случае будет осуществлено анонимно
лицом, даже не являющимся подданным датского короля.
