68 >

     - Ты меня, браток, не охмуряй: толкуешь  о  Мери,  а  сам  за  другой
бегаешь.
     - Ничего подобного.
     - Скажи еще кому-нибудь об  этом.  Во  всяком  случае,  вкус  у  тебя
неплохой: дочка у старика что надо...
     - Что от них толку - одна обуза.
     - Насчет обузы ты прав. Хлопот с ними не оберешься. Как  это  у  тебя
получается, что ты все с Кралевым схлестываешься, милый человек?
     - При чем тут Кралев?
     - То есть как при чем? При том же, что и ты.  Он  тоже  волочится  за
Лидой. Дважды уже приглашал ее на ужин...
     - Потише, - говорю я. - Младенов...
     Младенов и в самом деле входит в сопровождении Кралева и Димова.  Все
трое устраиваются за угловым столом, где обычно сидят гости хозяина.  Если
принять во внимание, что у входа колотит по автомату Милко, Центр в полном
составе.
     - Центр в полном составе, - замечаю я.
     - Восемь человек нас... Ничего,  скоро  останется  семь,  -  бормочет
Тони, расчесывая волосы желтыми от табака пальцами.  -  Хотя  семь  плохое
число.
     - Кто вылетит? Я, что ли?
     - А кто же еще?.. И не по моей вине, разумеется.
     - Не прикидывайся  ягненком,  ты  тоже  помог  основательно.  "Только
сегодня выложил шестьдесят франков по счету", - напоминаю реплику, которую
он бросил в тот вечер.
     - Что мне велели, то я и сказал, - объясняет Тони. - Ты на моем месте
поступил бы точно так же.
     Подходит кельнер с переполненным подносом  и,  оставив  два  мартини,
идет дальше.
     - Ты с самого начала прицепился ко мне как репей, -  припоминаю  я  с
безучастным видом. - Все твои излияния были не  чем  иным,  как  дурацкими
уловками.
     - Говорил то, что было велено, - повторяет Тони. - И если ты  попался
на удочку, не моя вина.
     - Почему это я попался?
     - Потому что попался!
     Тони выливает остатки из рюмки себе  в  рот,  закуривает  сигарету  и
усмехается своей мокрой усмешкой:
     - Ты пишешь про ловкачей, и, может случиться, сам со временем станешь
ловкачом, однако еще не стал. Когда кто-нибудь прилипнет к тебе  и  начнет
болтать против начальства да угрожать,  что  вернется  обратно,  что  тебе
остается? Ясно, одно из трех: либо согласиться с ним, либо  молчать,  либо
пойти и доложить. Верно, ты не согласился, потому что не предатель,  но  и
докладывать не пошел. А должен был это сделать, будь ты ловкач. И тогда бы
ты прошел проверку.
     - Зато ты настоящий ловкач, - замечаю я, отпивая из рюмки. - Если  бы
я доложил, знаешь, чем бы все это кончилось?  Кралев  постарался  бы  тебя

Следующая

68 >