55 >

потом, а дорогими духами, от этого картина не меняется.
     Выпив в два глотка кофе, Лида смотрит на меня с раздражением.
     - Вы много философствуете. Быть может, то, что вы говорите,  и  умно,
только я не люблю философов. Осточертела мне философия...
     Кстати сказать, я тоже не люблю философов. От излишней  болтовни  мне
становится так же скверно, как от  объедения.  И  вообще,  зачем  я  трачу
столько времени с этой молодой дурой?
     - Прекрасно вас понял, - киваю я ей. - В  следующий  раз  ищите  себе
компаньона поинтересней.
     - Так и сделаю, - бросает она в ответ. - Найду такого, который  более
скуп на мудрые изречения и более щедр на деньги.
     Бедняжка. Она воображает, что таких  людей  тут  можно  встретить  на
каждом шагу, достаточно только иметь внушительный бюст.
     - Можем идти, - сухо предлагаю я.
     Мы поднимаемся и выходим. Лида как будто хочет что-то сказать,  чтобы
сгладить свою грубость, но я, не глядя на нее,  тороплюсь  открыть  дверцу
"ягуара". Захлопнув, перехожу на другую сторону, сажусь за руль, и  машина
устремляется вперед. Бешеная гонка по опустевшим улицам кончается на Рю де
Прованс. Вылезаю и с той же холодной учтивостью помогаю даме выбраться  из
машины, провожаю до парадной двери и подаю руку. Лида задерживает мою руку
в  своей,  несмотря  на  то,  что  я  не  проявляю  ни  малейшего  желания
интимничать с нею.
     - Я вела себя ужасно, - неожиданно заявляет она и смотрит на  меня  с
мольбой.
     "Только не заплачь!" - внушаю ей про себя.
     - Я не хотела вас обидеть...
     "Да и не смогла", - мысленно успокаиваю я ее.
     - Просто я все это представляла себе иначе... Совсем, совсем иначе...
     - Мы всегда представляем вещи иначе, - заявляю я, рискуя  снова  быть
причисленным к философам. - Быть может, вся беда в  том,  что  у  меня  не
оказалось достаточно денег. Вы меня простите, не хочется быть грубым, но я
не располагаю доходами вашего отца...
     - Извините... - тихо  говорит  она,  приближаясь  ко  мне  на  шаг  и
продолжая пожимать мою руку.
     Видимо, это означает,  что  и  мне  следует  придвинуться  на  шаг  и
запечатлеть поцелуй на ее цикламеновых устах. Только все  хорошо  в  меру.
Милый папочка,  вожделенный  Париж  и  сверх  того  новый  любовник  -  не
многовато ли будет для одного вечера? Вот почему я ограничиваюсь тем, что,
высвободив свою руку, вскидываю ее на прощанье:
     - Не волнуйтесь. Я не обидчив. Считайте, что ничего не случилось.

Следующая

55 >