38 >

я уже основательно знаком. Я сильно под градусом, поэтому отпиваю из рюмки
понемногу, лишь ради приличия и смотрю на часы на руке Тони.
     - Мне пора...
     - Куда, к Младенову? Оставь ты этого скрягу!
     - Надо сходить. Я обещал.
     - Тогда попытайся по крайней мере вытрясти у него из кармана. "Я спас
тебе жизнь, скажи, как не совестно скряжничать!"
     - Скажу, - бормочу я, вставая из-за стола.
     - Ну, а если расщедрится, дай мне знать. Я научу тебя, как  лучше  их
пропить.
     Попрощавшись с Тони, я иду по бульвару Осман. Проходя мимо  почтового
отделения, вспоминаю о том, что надо опустить  в  ящик  открытки  с  видом
Эйфелевой башни. Затем продолжаю свой путь, следуя указаниям  Тони  насчет
того, как его сократить.
     Либо сам он неплохой парень, либо неплохо справляется  с  возложенной
на него задачей. Даже очень неплохо для такого пьяницы, как он. И виду  не
показал, что его ко мне приставили, ни  одного  сомнительного  вопроса  не
задал. Небольшой сеанс, рассчитанный  на  то,  чтоб  войти  в  доверие,  и
только. К неудовольствию Тони, подобные сеансы могут иметь  успех  лишь  у
очень доверчивых.
     Рю де Прованс,  где  проживает  Младенов,  оказалась  совсем  близко.
Названный  мне  номер  значится   на   старом,   почерневшем   от   копоти
четырехэтажном  доме,  похожем,  впрочем,  на  все  окружающие.   Лестница
содержится в  чистоте,  но  ступени  узкие  и  крутые,  и  я  основательно
запыхался,  пока  достиг  четвертого   этажа.   Открывая   мне,   Младенов
гостеприимно улыбается. Мы проходим через  темный  вестибюль  с  закрытыми
ставнями, затем он вводит меня в  просторный,  небрежно  прибранный  холл,
обставленный "под старину".
     Костлявая фигура хозяина  завернута  в  бежевый  халат,  сравнительно
новый, но уже изукрашенный жирными пятнами.  Неаккуратность  Младенова  во
время еды известна мне еще со  времен  наших  с  ним  дружеских  встреч  в
квартальной корчме. Тогда мне казалось, что виной всему спешка и жадность,
с которой он набрасывался на общую закуску, чтоб  не  отстать  от  других.
Теперь я вижу, что он не может не перепачкаться и когда ест один.
     - Чем тебя угостить? - радушно спрашивает хозяин,  подходя  к  столу,
заставленному бутылками и бокалами.
     - Ничем. Я уже пил.
     - Тогда выпьем по чашке кофе. Немножко остыл, но я всегда такой пью.
     Младенов приносит два  стакана,  ради  приличия  проверяет  на  свет,
насколько  они  чисты,  и  наливает  из   большого   кофейника   жидкость,

Следующая

38 >