33 >

лица. Он невысок ростом, полный, с  бледным,  нездорового  оттенка  лицом.
Кралев - брюнет с мрачной физиономией. У него широкие  брови,  маслянистые
черные волосы, облепляющие угловатый череп.  Он  выглядит  небритым,  хотя
наверняка  не  меньше  двух  раз  проскреб  утром  свои   щеки.   Младенов
представляет меня как одного из  столпов  антикоммунистической  оппозиции,
напоминая при этом, что я тот самый, кто спас ему жизнь. Невзирая на такую
аттестацию, ни Димов, ни Кралев не  обращают  на  меня  особого  внимания.
Первый равнодушно протягивает мне влажную  потную  руку,  другой  же  лишь
бегло кивает лоснящейся головой.
     За столом сидят еще двое мужчин, не  имеющих,  по-видимому,  большого
веса - одного фамильярно именуют Вороном, другого Ужом. Есть среди  них  и
дама, пользующаяся по всем признакам благоволением Димова;  сидя  рядом  с
ним, она позволяет себе  ласково  называть  его  Борей.  На  этой  женщине
могучего телосложения огненно-красное платье, под  стать  ее  напомаженным
пурпуром губам.
     - Мадемуазель Мария Кирова, наша известная артистка,  -  представляет
ее Младенов.
     - Мери Ламур! -  поправляет  его  известная  артистка  и  великодушно
предлагает мне место рядом с собой.
     Желая показать, что я оценил великодушие Мери Ламур, я мило  улыбаюсь
ей, хотя от нее разит потом - запах крепких духов не спасает ее.
     - Гарсон! - восклицает Младенов, делая царственный жест, предвещающий
по меньшей мере бутылку шампанского. - Два пива!
     - Ну  как  там,  в  Болгарии?  -  спрашивает  Мери,  чтоб  поддержать
разговор, как приличествует даме.
     - Очень скверно, - отвечаю я с горестной миной.
     - Это мы знаем, - бормочет Димов. - В народе недовольство, не хватает
товаров, цены растут...
     При этом он кривит свои толстые губы и все время причмокивает,  будто
сосет конфету. Короткие толстые пальцы играют  ключами  от  машины,  среди
которых  поблескивает  серебряная  пластинка   с   изображенным   на   ней
скорпионом. Шеф, надо полагать, родился под знаком скорпиона.
     - Мне хотелось отметить другое, - скромно говорю я.
     Димов смотрит на меня своими сонливыми  глазками,  словно  удивляясь,
что я собрался сказать нечто такое, чего он не отметил.
     - Скверно в том смысле, что  коммунисты  основательно  окопались.  На
скорые перемены надеяться не приходится...
     - Извините, но вы видите не дальше  своего  носа,  -  мягко  замечает
Димов, посасывая несуществующую конфету.
     - Ну что ты, Борис! - добродушно вмешивается Младенов. - Я  далек  от

Следующая

33 >