15 >

     - Криптография находит применение в самых различных областях. А  пока
что мы с вами займемся так называемым шифром. Надеюсь, что хоть это  слово
вам знакомо...
     Господин Гаррис, видимо, заметил наконец  что  я  со  своими  мыслями
слишком далек от проблем шифра, потому что он многозначительно кашлянул  и
сказал уже другим тоном:
     - Послушайте, господин Бобев, материал, который нам с вами  предстоит
пройти, довольно серьезный, да и время наше очень ограничено... Поэтому  я
прошу быть возможно внимательней. Если у вас есть какие-то свои заботы, то
об этом вы мне скажете позже.
     Господин Гаррис  открывает  портфель,  достает  несколько  исписанных
листов бумаги, затем сменяет темные очки на прозрачные, бросает взгляд  на
рукопись и протягивает мне листок.
     - Что вы тут видите?
     На листке бумаги несколько цифр, написанных через  равные  интервалы:
85862 70113 48931 66187 34212 42883 76662 18984...
     - Вижу числа, - неохотно отвечаю я.
     - Пятизначные числа, - уточняет  мистер  Гаррис.  -  Эти  пятизначные
числа представляют собой  зашифрованный  текст.  Перед  вами  шифрограмма,
которой советская разведка предупредила Сталина  о  предстоящем  нападении
гитлеровских армий.  Соответствующим  образом  расшифрованные,  эти  числа
означают: "Дора директору через Тейлора. Гитлер окончательно определил  22
июня как день "Д" атаки против Советского Союза..."
     Я снова разглядываю цифры  на  листке  бумаги,  но  они  кажутся  мне
слишком невинными и банальными, чтоб  таить  в  себе  столь  драматический
смысл.
     -  В  наше  время  большинство  разведок  использует   для   шифровки
пятизначные числа, - продолжает свою лекцию господин Гаррис. -  Но  каждая
разведка шифрует и дешифрует  тексты  с  помощью  специального  секретного
ключа. Впрочем, вам самому предстоит овладеть уменьем  выполнять  обе  эти
операции  при  помощи  определенного  ключа.  Разумеется,  мы   начнем   с
чего-нибудь простого...


     Шесть часов вечера. Я лежу в полном изнеможении, с распухшей  головой
в холле на кушетке и тупо  смотрю  в  белый  потолок.  В  сущности,  белый
потолок для меня вовсе не белый - он сплошь усыпан  пятизначными  числами,
которые со сводящим с ума упорством мельтешат у меня перед глазами.  Чтобы
прогнать их, я опускаю веки, но они и под веками продолжают свой  пляс  на
красном фоне. Два часа занятий до обеда  и  четыре  после  обеда  -  этого
оказалось вполне достаточно, чтоб вдохнуть в меня ненависть ко всем  видам

Следующая

15 >