133 >

     - Едва ли... Больше полагайся на свой скепсис.
     - Извини, но не мог же я вертеться возле машины на глазах этих типов,
рискуя раскрыться до конца.
     - Ты уже достаточно раскрылся. Куда ты сунул пистолет?
     - В новую банку из-под масла "шелл".
     - Ага, в масло! Поскольку  тебе  известно,  что  оружие  должно  быть
всегда хорошо смазано. Ты и в самом деле не в меру сообразителен для твоей
профессии.
     - Довольно этих пресных острот, - бросаю я. - В банке нет масла,  там
ветошь.
     - А как ты объясняешь, что они не угнали машину еще  у  ресторана,  а
сделали это чуть позже, перед твоим домом?
     - Вначале им не было приказано. Потом они получили указание и угнали.
     - Но  ведь  новое  указание,  вероятно,  чем-то  вызвано.  Что  могло
случиться?
     - Не знаю. Кое-что, правда, случилось, но не имеет никакого отношения
к моей машине...
     Закуривая свои "зеленые", я мысленно шлю Мери Ламур пожелание  удачи,
потому что в противном случае...
     - Ты опять тянешь мне душу!
     - Франсуаз, Димов убит.
     Женщина смотрит на меня таким  взглядом,  который,  я  это  чувствую,
пронзает меня насквозь.
     - Ты его убил?
     - Не говори глупостей.
     - А кто?
     Кратко рассказываю и эту историю, не пропуская и того,  как  я  помог
скрыться убийце.
     - Полиция, сказал я себе, не должна напасть на след артистки...
     - Потому что она тоже из числа твоих любовниц...
     - Ну вот, опять глупости! Потому, что мы заинтересованы в том,  чтобы
подозрение - если таковое возникнет - пало на людей из  Центра,  а  не  на
случайные жертвы, вроде Мери. Это приведет цепную реакцию к концу...
     - Боюсь, как бы тебе в этой цепной  реакции  не  оказаться  четвертым
звеном...
     - Это не исключено, если ты не поможешь мне разыскать мою машину. Без
нее я как без рук...
     Франсуаз встает и уходит в спальню, где стоит телефон, но, прежде чем
звонить, плотно  закрывает  за  собою  дверь.  Ужасная  женщина.  Груба  и
подозрительна, как налоговый агент.
     Меня смущает то, что в спальне она остается слишком долго.  Когда  же
наконец выходит, все  становится  ясно.  Франсуаз  сняла  белый  платок  и
освободила свои роскошные волосы, а вместо халата надела красивый шелковый
пеньюар с голубыми и белыми цветами.
     - Дорогая моя, ты просто ослепительна в этом пеньаре, - бормочу я.  И
тут же спрашиваю: - Получится что-нибудь с машиной?
     - Не торопись. Делается.
     Она усаживается напротив, кладет ногу на ногу и задумчиво смотрит мне

Следующая

133 >