Рекс Стаут. В лучших семействах - 5
42 >
одиннадцать, и с ней был Лидс. По ее словом, когда она вышла замуж за
Рэкхема три года и семь месяцев назад, у них повелось, что всякий раз, как
он просил, она давала ему денег на карманные расходы, но аппетиты его
постепенно возрастали, и она стала давать меньше и меньше, пока, наконец,
второго октября прошлого года он не попросил пятнадцать тысяч и она
отказала совсем. Дала ему шиш. С тех пор за последние семь месяцев он
ничего не просил и не получал, но тем не менее продолжал много тратить, а
это ее сильно мучило. Она наняла мистера Вульфа для того, чтобы выяснить,
как и откуда ее муж добывает деньги, а меня послали сюда взглянуть на мужа
и, по возможности, разнюхать, что к чему. Мне требовался только предлог,
чтобы приехать, так что отравление пса подвернулось кстати, хотя,
согласен, предлог несолидный. - Я махнул рукой. - Вот и все.
- Вы говорите, Лидс был с ней? - резко спросил Нунан.
- Вот что я имел в виду, - повернулся я к Вену Дайксу, - когда
говорил о манере Нунана вести допрос. А ведь он прекрасно слышал, как я
сказал, что Лидс был с ней.
- Да, - сухо согласился Дайкс. - Но не стоит так язвить по этому
поводу. Здесь не пикник. - Он перевел взгляд на Нунана. - А сам Лидс
упоминал об этом?
- Нет. Впрочем, я не спрашивал.
Дайкс встал и обратился к Арчеру:
- Может, стоит послать за ним? Он ушел домой.
Арчер кивнул, и Дайкс вышел.
- О Господи, - с чувством и расстановкой произнес Арчер, адресуя эти
слова гражданам Нью-Йорка, поскольку на нас он не глядел. Какое-то время
он сидел, кусая губы, потом спросил меня:
- Это все, чего хотела миссис Рэкхем?
- Это все, о чем она просила.
- Ссорились ли они с мужем? Угрожал ли он ей?
- Она не говорила.
- Что в точности она говорила?
Это заняло полчаса. Для меня - пара пустяков извлекать из памяти
нужные сведения, не забывая, впрочем, про наказ Вульфа не упоминать о
колбасе. Арчер не подозревал, на что способна моя память, поэтому я не
Стал утруждаться дословным изложением разговора с миссис Рэкхем, хотя мне
это было раз плюнуть, правда, он все равно не поверил бы, решив, что я
приукрашиваю. Тем не менее; когда я закончил, он знал всю подноготную.
Потом меня оставили для очной ставки с Лидсом, которого привезли,
когда я только начинал рассказ, но продержали в гостиной, пока я не
закончил. Так что, хотя меня, наконец, и допустили к праздничному столу,
