27 >

миссис Рэкхем и сумел подобрать к ней ключик, но при дальнейшем наблюдении
я пересмотрел эту точку зрения. С женой он держался вполне  достойно,  без
малейших признаков заискивания и раболепства. А за ужином  затеял  спор  с
Пирсом по поводу налогообложения доходов с  недвижимости  и  без  малейших
усилий загнал сего достойного политика в угол  и  посадил  в  лужу.  Потом
весело посмеялся, встал на позицию поверженного противника и  торжествовал
новую победу, выставив на посмешище Дейну Хэммонда.
     Я решил, что правильнее будет начать все сначала.
     По дороге в гостиную ко мне пришвартовалась Лина Дарроу.
     - Почему вы так на меня напустились? - без обиняков выпалила она.
     Я заметил, что ничего подобного.
     - Нет, нет, еще как напустились! Вы  очень  старались  доказать,  что
собаку отравила я. С другими вы держали себя более пристойно. -  При  этих
словах она легонько коснулась пальцами тыльной стороны моей руки.
     - Еще бы, - признался я. - Но ведь для вас  подобное  не  в  новинку?
Когда мужчины держат себя с вами менее пристойно, чем с другими?
     - Благодарю вас. Но я вполне серьезно. Вы же знаете, что  я  скромная
служащая девушка.
     - О да. Потому я решил на вас отыграться. Еще, впрочем,  потому,  что
вы явно строили из себя простушку.
     Мы пересекли порог гостиной, и тут  же  подлетел  законодатель  Пирс,
который умыкнул Лину Дарроу; первым моим побуждением было вызвать  его  на
дуэль, но потом я решил  не  связываться.  Мы  все  сгрудились  у  камина,
попивали кофе и толкли воду в ступе, пока  кто-то  не  предложил  включить
телевизор, что Барри Рэкхем и сделал. Потом  они  с  Аннабель  повыключали
свет. Когда все удобно устроились вокруг  экрана,  миссис  Рэкхем  куда-то
вышла. Немного позже, когда я, сидя в полумраке, уныло пялился на  рекламу
какой-то  косметики,  неясное  чувство  поведало,  мне,  что  приближается
опасность, и я резко обернулся. И точно: у  самого  моего  локтя  восседал
здоровеннейший  (в  темноте  у  страха  глаза  велики)  доберман-пинчер  и
таращился на экран.
     Сидевшая чуть позади чудовища  миссис  Рэкхем,  по-видимому,  неверно
истолковала мой жест и поспешно затараторила,  пытаясь  перекричать  голос
диктора:
     - Не надо его гладить!
     - Не буду, - заверил я с выражением.
     - Не беспокойтесь, он умеет себя вести, - добавила она. - Он  обожает
смотреть телевизор.
     Она продвинулась вперед, увлекая за собой четвероногого телелюбителя.
Когда они миновали  Кэлвина  Лидса,  преданное  создание  приостановилось,

Следующая

27 >