167 >

     Когда я вышел из здания суда к обочине тротуара,  мои  наручные  часы
показывали семнадцать минут двенадцатого. Стоял теплый солнечный  день,  и
на лицах прохожих появились благодушные улыбки. Я не  улыбался.  Несколько
минут спустя Лина Дарроу очухается и независимо от того, какую версию  она
изложит, им может взбрести в голову вызвать для разговора по  душам  Барри
Рэкхема, а это очень нежелательно. Выйдет задержка, что для моих натянутых
нервов будет уже чересчур.
     Я перебежал через  улицу  к  ближайшей  аптеке,  нырнул  в  свободную
телефонную будку и набрал телефон Редера. Молчание. Я побрел к тому месту,
где оставил машину, залез в нее и двинулся по шоссе в сторону Нью-Йорка.
     По дороге к Манхэттену я четырежды  останавливался,  чтобы  позвонить
Редеру, и  с  четвертой  попытки,  на  Сто  шестнадцатой  улице,  наконец,
дозвонился. Я сказал ему, где нахожусь. Он спросил, что хотели от  меня  в
Уайт-Плейнз.
     -  Ничего  особенного,  просто  задали  несколько  вопросов,  имеющих
отношение к одной из версий расследования.  Я  направляюсь  в  "Черчилль",
чтобы подтвердить, что с сегодняшним мероприятием все в порядке.
     - Нет. Другая сторона перенесла его на завтра. Договоритесь  на  этот
счет.
     - А вы не смогли бы, со своей стороны, способствовать его переносу на
сегодня?
     - Это весьма затруднительно, а следовательно - нежелательно.
     Я чуть пораскинул мозгами, учитывая, что неизвестно было, чьи  уши  и
сколько могут меня подслушивать.
     -  Имеется  вероятность,  -  начал  я,  -  что  в  "Черчилле"  завтра
освободятся  апартаменты  люкс.  Поэтому  я   полагаю,   что   еще   более
нежелательно откладывать мероприятие.  Не  уверен,  но  у  меня  создается
впечатление, что оно может состояться сегодня или же никогда.
     Молчание. Потом:
     - Сколько вам потребуется времени, чтобы добраться до офиса?
     - Минут пятнадцать или двадцать.
     - Отправляйтесь туда и ждите, - распорядился Редер.
     Я вернулся в машину, доехал до стоянки  на  Третьей  авеню  в  районе
Сороковых улиц, оставил ее, прошел пешком до Мэдисон-авеню  и  поднялся  в
номер 1019. Немного посидел, постоял у окна, опять посидел и еще постоял у
окна. Звонить в телефонную службу я не хотел, опасаясь  занимать  аппарат,
но несколько минут спустя начал  колебаться,  подозревая,  что  Редер  мог
звонить, пока я был в пути. Раздираемый противоречивыми чувствами,  я  уже
собрался потянуться к трубке,  как  вдруг  раздался  звонок,  и  я  тигром

Следующая

167 >