121 >

     Поскольку я не  намерен  переводить  бумагу  на  то,  чтобы  излагать
подробности нашей пятичасовой конференции с Ниро Вульфом в гостиной у Лили
Роуэн,  я  мог  бы  начать  сразу  со  следующего  утра,  кабы   не   одно
обстоятельство. Дело в том, что мне придется сперва рассказать о том,  как
они подошли к дверям роскошных апартаментов с террасой,  которые  занимала
Лили под крышей дома на  Восточной  Шестьдесят  третьей  улице.  Вульф  не
раскрывал рта и даже не смотрел на меня. Лили же радостно поздоровалась со
мной за руку (я даже не припомню, когда такое случалось), отомкнула дверь,
и мы вошли. Оставив на вешалке ее накидку и шляпу Вульфа, мы прошествовали
в гостиную, где Лили с ходу перешла к активным действиям.
     - Арчи, - заявила она, - я давно знала, что в  один  прекрасный  день
случится нечто такое, что вознаградит меня  за  все  потраченное  на  тебя
время. Просто печенкой чуяла.
     Я кивнул.
     - Естественно.  Кстати,  ты  не  останешься  без  барыша,  даже  если
угостишь нас бутербродами, тем более, что Пит -  едок  никудышный.  Он  на
диете.
     - Я вовсе не деньги имела в виду, хотя бутербродов тоже не пожалею. Я
имела в виду славу,  которую  приобрету  благодаря  тебе.  Я  единственная
женщина в Америке, которой посчастливилось пообниматься  с  Ниро  Вульфом.
Кошмарный сон - ха! Да он просто душка!
     Вульф, который уже уселся, наклонил  голову  и  насупился  на  нее  -
лицемер несчастный.
     Я старательно улыбнулся.
     - Я передал Питу твои слова о том, что он -  Ниро  Вульф,  и  он  был
польщен. Так-то, знаменитость в юбке.
     Она помотала головой.
     - Не старайся, Эскамильо. Я  вас  раскусила.  -  Она  придвинулась  к
Вульфу, глядя на него сверху вниз. - Не расстраивайтесь, Пит. Я бы никогда
вас не узнала - вас никто не сможет узнать; и вы не виноваты. Это все  мой
герой. Арчи - ужасный сноб. Трудно сосчитать, сколько раз его жизнь была в
опасности, и ни разу - ни разу! - он  не  обратился  ко  мне  за  помощью.
Гордец несчастный! И вдруг ни с того ни с сего он срывает меня с  пирушки,
когда веселье в самом разгаре, и понуждает тискаться на заднем  сиденье  с
каким-то подозрительным субъектом. Есть один человек в мире, ради которого
он устроил бы такое - это вы. Так что ласки в машине я вам расточала вовсе
не из послушания, я знала, что делаю. И не волнуйтесь на мой счет: что  бы
вы ни замыслили, мой рот на замке. А для меня вы навек останетесь Питом. О
Господи,  единственная  женщина  в  Америке,  которая  миловалась  с  Ниро

Следующая

121 >