50 >

подозрительность,  зависть,  доктор Марлоу.  Но здесь обстановка много хуже.
Тут царят ненависть  и  страх. Я их чувствую  кожей.  Если люди  ненавидят и
боятся друг друга, может произойти нечто ужасное.  - Мысль была не нова, и я
промолчал, поэтому Мэри продолжала: - По-вашему, эти отравления... произошли
случайно? Доктор Марлоу?
     - Полагаете, что налицо  чья-то злая воля? - спросил я, пытаясь внушить
Мэри, будто мысль эта впервые пришла мне в голову.
     - Именно так.
     - И кто же преступник?
     -  Кто? -  с  искренним изумлением  посмотрела на меня Мэри. - Откуда я
знаю? Да кто угодно.
     - В  качестве  обвинителя вы были бы находкой.  Если не можете ответить
кто, скажите, почему он это делает. Помолчав, Мэри отвернулась.
     - Почему, я не знаю.
     -  Изучите  факты и  убедитесь,  насколько  смехотворна  ваша гипотеза.
Отравились семь человек, не имеющих между собой ничего общего. Объясните мне
причину,   по   которой   стали   жертвами   режиссер,   гример,   ассистент
кинооператора,  штурман, боцман и два  стюарда. Почему одни остались живы, а
другие погибли? Почему  двое  получили отравления во время ужина в столовой,
двое -  съев пищу, оставленную  на  камбузе,  а  один, Герцог, мог  получить
пищевое  отравление  не  то в столовой, не то  на  камбузе?  Вы  можете  это
объяснить, Мэри?
     Девушка покачала головой, и соломенные волосы упали ей на глаза. Но она
не стала их убирать, по-видимому не желая, чтобы я видел ее лицо.
     - Сегодня мне стало ясно,  - продолжал я, - клянусь своей пошатнувшейся
репутацией или чем угодно, - эти  отравления  абсолютно  случайны, никто  из
находившихся на борту судна не имел намерений отравить этих семерых. - Мысль
была  понятна:  это  не означает,  что  никто  не несет  ответственности  за
случившееся. - Если только на судне не появился маньяк. Однако, что бы мы ни
говорили  о  крайнем эгоизме  наших попутчиков, ни одного  неуравновешенного
среди них нет. Вернее, преступно неуравновешенного.
     Во  время  этой тирады Мэри  ни разу не  посмотрела на меня. Я встал и,
подойдя к креслу, в котором  она сидела,  пальцем  приподнял ее  подбородок.
Девушка  выпрямилась,  откинула назад  волосы, и я увидел,  что  в ее  карих
глазах застыл  страх. Я улыбнулся. Мэри улыбнулась в  ответ,  но глаза ее не
смеялись. Повернувшись, я вышел из салона.
     На  встречу с Хэггерти я опоздал на целых десять минут и, поскольку тот
недвусмысленно  дал  понять,  насколько он  пунктуален, был  готов  к  любой

Следующая

50 >