42 >

Джерран. Отто действительно был слаб. Лицо его осунулось и не успело обрести
обычный свой цвет. И было отчего: отравление завершило  целую серию  неудач.
Из-за штормовой погоды не удалось отснять и фута пленки с натурой.
     -  Думаю,  что  да,  -   ответил  я.  При   наличии   на  борту   судна
злоумышленника, у которого  под рукой целый арсенал ядов, такое  утверждение
было  слишком оптимистичным. И прибавил: - Если  бы появились  новые жертвы,
симптомы были бы налицо. Я осмотрел всех.
     -  Неужели?  - усомнился  капитан. - И членов экипажа?  Они  ели то  же
самое, что и вы.
     - Об этом я не подумал.
     Так оно  и  было.  Без  всяких на то оснований  я  решил, что  признаки
отравления могут быть лишь у  членов  съемочной группы. Капитан же  подумал,
что  я  считаю  моряков  людьми  второго  сорта,   о   которых  не  стоит  и
беспокоиться.
     -  Я не знал,  что они ели то  же  самое. Хотя иначе  и  быть не могло.
Пожалуйста, проводите меня...
     Сопровождаемый  мрачным мистером  Стоксом,  капитан показал  мне  жилые
помещения членов экипажа, располагавшихся  в пяти каютах. В двух размещалась
палубная команда, в одной - мотористы, еще в одной - оба кока, и в последней
- два стюарда. С нее-то мы и начали обход. Открыв дверь, мы остановились как
вкопанные, утратив дар речи. Я первым очнулся.
     В  нос ударил  такой тошнотворный запах,  что меня едва  не  вырвало. В
каюте  царил  невообразимый  хаос:  стулья  опрокинуты,  повсюду  разбросана
одежда, разорванные простыни  и одеяла свалены в кучу, словно после побоища.
Однако на удивительно спокойных лицах Моксена и Скотта не было ни ссадин, ни
синяков.
     - А я говорю: поворачиваем назад! - решительно проговорил капитан Имри,
усевшись в кресло. - Имейте в виду, господа, командую судном я. Я отвечаю за
безопасность  пассажиров и  экипажа. - Вынув  из подставки свою бутылку,  он
щедрой рукой налил себе в стакан. - Если бы на судне были обнаружены тиф или
холера, я направился бы в ближайший порт, чтобы получить медицинскую помощь.
Трое мертвецов  и четверо тяжелобольных на борту - это похуже любой холеры и
тифа. Чей теперь черед? - произнес капитан, с укором глядя на меня.
     -  Доктор Марлоу признается, что не понимает причин этой... смертельной
болезни. Видит Бог, причины для возвращения достаточно веские.
     -  До Уика  слишком  далеко, -  заметил штурман.  Как  и Гуэн, сидевший
рядом,  Смит  натянул на  себя два  одеяла. И он  и Отто  выглядели  все еще

Следующая

42 >